65 лет НО СТД

к 65-летию Новгородского отделения СТД (ВТО)

 

Трудно праздновать честные и достоверные юбилеи в исторических городах, где всегда существует соблазн раскопать более раннюю дату. Особенно в тех сферах, которые подвержены периодическим реорганизациям, сменам и обновлениям, — таких, например, как провинциальный театр. История театральной жизни провинциального города, как правило, разбросана по архивам, музеям и библиотекам в виде не обработанного и не осмысленного материала, не сведенного в единую, «официальную» версию. А отсутствие единой версии неизбежно порождает множество самых смелых фантазий, приводящих порой ко всякого рода курьезам. Так, например, если свое 15-летие Новгородский театр драмы отмечал в 1960 году, то спустя 23 года отметил уже не 38, как простая арифметика подсказывает, а все 60; если в 1998-м праздновал 75-летние, то в 2003-м – чудесным образом «повзрослев» за пять лет вдвое – с помпой отметил аж 150-летний юбилей. Но и это не предел, — для удовлетворения местных амбиций древний Новгород открывает и более широкие перспективы: если еще припомнить «пещные действа» в Софийском соборе и первые упоминания скоморохов в новгородских летописях, то вполне можно и на титул древнейшего русского театра претендовать.

К счастью, дата основания Новгородского отделения Союза театральных деятелей Российской Федерации (Всероссийского театрального общества) определяется куда проще и более однозначно. До Великой Отечественной войны местного отделения ВТО здесь быть просто не могло, поскольку Новгород входил тогда в состав Ленинградской области, и все местные члены организации состояли на учете в Ленинградском отделении. В те годы здесь мог работать разве что уполномоченный по сбору членских взносов. Собственное отделение ВТО стало возможным лишь после обретения Новгородом статуса областного центра.

Новгородская область была образована указом Президиума Верховного совета СССР 5 июля 1944 года, — спустя всего полгода после освобождения города от немецких войск. Осенью того же года в Новгород переехал Ленинградский Малый драматический театр, реорганизованный в Новгородский областной. Теоретически местное отделение ВТО могло возникнуть уже тогда, но – и без того слишком много забот было у рождающегося на руинах театра.

 

Время собирать камни

 

Особенность деятельности Новгородского отделения ВТО обусловил тот факт, что без малого полвека, до начала 1990-х, в области функционировал лишь один профессиональный театр – Новгородский областной (ныне имени Достоевского и академический). Собственно, театр этот и был единственным поводом и основанием для появления здесь местной организации ВТО. Создавали ее на базе театра люди театра, они же преимущественно являлись ее членами, поэтому – при всем различии задач учреждения культуры и общественной организации – вычленить какую-то отдельную историю НО ВТО из истории новгородского театра порой весьма затруднительно.

Освобожденный Новгород являл собой печальную картину полнейшей разрухи и запустения: огромный пустырь с редкими руинами, торчащими из зарослей лопухов и бузины. Немногочисленное население ютилось в развалинах, брошенных блиндажах и землянках, но большая его часть сосредоточилась на территории Кремля. Сюда же, в Кремль, заселился и будущий Новгородский областной театр драмы, — в здание бывшего Епархиального дома, еще до войны обжитое Театром Октябрьской революции (ТОРом).

Сегодня и представить себе невозможно всех прелестей послевоенного актерского быта. Вся без исключения труппа проживала в помещении театра, точнее – в бывшей конюшне (немцы держали здесь лошадей во время оккупации). Жили в будущих гримерках, цехах, под сценой, — каждый хоть сколь-нибудь пригодный для ночлега угол делался чьей-то «квартирой». Умываться поначалу на Волхов бегали. Выгребали грязь, помогали приводить в порядок здание (о состоянии которого можно судить по известной картине Кукрыниксов «Бегство фашистов из Новгорода»), параллельно решая высокие художественные задачи по наращиванию репертуара к открытию в ноябре 1945 года первого театрального сезона. При таком авральном режиме, по всей видимости, о создании общественной организации даже и думать было некогда. Во всяком случае, первые года два.

Самым ранним из обнаруженных на сегодняшний день документов НО ВТО является протокол №10 заседания оргбюро, датированный 26 мая 1947 года. Именно эту дату, как бесспорную и документально зафиксированную, наша организация признала днем своего рождения. Хотя на самом деле «родилась» она как минимум двумя месяцами раньше. Об этом свидетельствует уже сам порядковый номер протокола – 10: предшествующие ему девять заседаний тоже ведь какого-то времени требовали. Еще более убедителен другой документ, озаглавленный «Отчет о проделанной работе Новгородского Оргбюро ВТО за 10 месяцев 1947 года (со дня организации)». Отчет не датирован, но даже если он составлялся в самом конце года, то и тогда за вычетом десяти месяцев выходит никак не позднее марта. А в отчете ясно сказано – «со дня организации». День организации, таким образом, приходится на самое начало весны, если не раньше.

Первым председателем Новгородского отделения стал главный режиссер театра Виктор Владиславович Шимановский. Характерно, что значился он председателем не правления, как теперь принято, а председателем оргбюро: именно этим словом называло себя правление весь 1947 год, подчеркивая тем самым главную свою задачу – создание и становление местной организации. Сегодня можно только гадать, с чего начиналось это становление, но даже и на 10-м заседании первыми двумя пунктами повестки значилось:

1. Перерегистрация членов ВТО.

2. Прием в члены ВТО (9 заявлений).

На следующем, 11-м заседании, снова ставится вопрос «о привлечении в члены ВТО», и тут же принимается решение «поручить тов. Верному опросить всех работников филармонии, музшколы, кукольного театра и т.д., выявить членов ВТО и желающих вступить в члены ВТО». Филармония  базировалась тогда в Боровичах, о каком кукольном театре идет речь – вообще неясно (возможно, о самодеятельном). Очевидно главное: ВТО собирало под свои знамена всех прежних своих членов, рассеянных войною, и активно привлекало новых. Может быть, даже более чем активно. В плане работы на 1948 год, например, поставлена такая задача: «завербовать в члены ВТО кандидатов – 15» (так и написано – «завербовать»). Чуть позже, правда, немного смягчили формулировку, — «вовлечь», но все равно звучало сурово.

Как бы то ни было, с делом обеспечения будущей организации ее членами оргбюро справилось неплохо. Сколько всего народу состояло на учете к концу 1947 года – неизвестно, зато известно, что список их за этот первый год пополнился уже 12 новыми фамилиями.

А еще до конца года, 20 июля, решился и вопрос «о выдаче членских билетов».

Закладывались и другие основы будущего Новгородского отделения. Так, 11 августа решено было «организовать библиотеку ВТО к 30-й годовщине Советского государства». Фонд первоначальной библиотеки насчитывал 174 тома, плюс к тому существовала «при ней передвижная библиотека ленинградского Дома работников искусств – 72 экземпляра». Библиотека быстро пополнялась, спустя три года ее услугами пользовался уже 91 читатель.

Тогда же, в организационном 1947-м, было положено начало архиву НО ВТО (впоследствии СТД), — благодаря которому мы имеем сегодня возможность заглянуть в то не очень далекое, но основательно уже подзабытое прошлое. Это уникальное собрание первоисточников по истории местной организации ВТО почти полностью передано Государственному архиву Новгородской области, где хранится и по сей день.

Оргкомитет, таким образом, миссию свою выполнил и готов был сложить с себя властные полномочия, передав их демократически избранному правлению. Первым пунктом плана работы на 1948 год так и предполагалось:

1. Провести выборы Правления.

Рождение новгородской организации свершилось. Начиналась ее повседневная жизнь.

 

Долгая дорога к Дому

 

Задачи были поставлены, цели определены, планы скорректированы. В планы эти, помимо прочего, входило увеличение библиотечного фонда, а также намерение «приобрести машинку в 3600 рублей в Москве, шкафы, письменный стол, несгораемый ящик». Вся эта офисная мебель и нехитрая оргтехника приобреталась, разумеется, в расчете на собственное помещение. Однако именно «жилищный вопрос» оказался для Новгородского отделения ВТО самым больным и трудноразрешимым.

Как уже говорилось, театр в ту пору был перенаселен: в любой каморке, в каждом углу либо что-нибудь хранилось, либо кто-нибудь жил. Разрушенный войною город восстанавливался быстро – но не настолько, чтобы это ощутимо сказалось на плотности населения местного театра: мучительный процесс расселения длился не один год и даже не одно десятилетие.

Где же размещалось в те годы наше бездомное ВТО? Шкаф с библиотекой, архив и пишущую машинку пристроили, по всей видимости, по кабинетам, а общие собрания членов организации проводили скорее всего в зрительном зале. Само же немногочисленное правление могло собираться где угодно, согласно давней новгородской традиции: где трое собрались – там и вече.

И все же местное ВТО на протяжении долгих лет не переставало биться за свою, независимую территорию. Уже в отчете за 1951 год проблема эта прописана отдельным пунктом со следующими разъяснениями:

В числе членов Правления нашего отделения находятся начальник обл. отдела по делам искусств т. Рязанцев П.С. и директор театра т. Васильев А.В., заинтересованные в разгрузке театральных помещений от квартир артистов в целях повышения качества работы театра, которые ставили неоднократно этот вопрос перед вышестоящими областными и городскими организациями. Освобождение театральных помещений дало бы возможность нормально разместить наше Отделение…

Как вспоминает заслуженная артистка РСФСР Любовь Михайловна Коликова, к моменту ее приезда в Новгород (1953 год) из театра в город сумели переселиться лишь три человека, остальные по-прежнему проживали по месту работы. Правление же чаще всего собиралось у Анаиды Арсентьевны Мирзоевой, занимавшей в надстроенном третьем этаже самые «роскошные» апартаменты.

Мало что изменилось и три года спустя:

Отсутствие своего помещения для работы ВТО не дает возможности полноценно использовать имеющиеся в отделении ВТО литературные, критические, иконографические материалы.

То же и в 60-х, как видно из выступлений на отчетно-перевыборной конференции 1961 года:

Тов. Васильев С.Я. – Плохо у нас с помещением для правления ВТО…

Правда, некоторые театральные старожилы уверяют, что в конце 60-х ВТО какое-то время обитало в складском помещении на первом этаже, по соседству с вахтой. Но, видимо, это было временное явление, поскольку в 1973 году на повестке дня все еще стоял хронический «вопрос о помещении ВТО».

И все-таки в середине 70-х дело сдвинулось с мертвой точки. В отчете за 1-е полугодие 1976 года читаем долгожданное: «Начато переоборудование комнаты ВТО». А уже в отчете за 2-е полугодие – «Закончено оборудование новой комнаты ВТО». Итак, свершилось: наше отделение обрело, наконец, вожделенную жилплощадь. Правда, помещение и в самом деле было не более чем скромной «комнатой» на третьем этаже, годной лишь на то, чтоб разместить в ней нажитое за 30 лет имущество да поставить пару стульев. Поэтому, закрепившись в отвоеванной комнате, правление тут же повело борьбу за улучшение жилищных условий.

На сей раз ждать пришлось не так долго, — не прошло и пяти лет, как перед новгородским ВТО замаячили радужные перспективы. Правление своему счастью поверить не могло, — что явствует из короткого диалога на заседании 27 января 1981 года:

Разгуляев Н.Д. – Есть ли уверенность, что помещение ВТО не отберут?

Усачева Т.А. – У меня есть предложение – вынести решение правления ВТО и передать вышестоящим организациям, чтобы нас не переселяли…

Будзинская Т.П. – Последние месяцы прошлого года и начало этого года были направлены на оформление гостиной. Я занималась в основном заботами о покраске, побелке, занавесках и т.д…Надеюсь, что в ближайшее время состоится открытие гостиной и всё упорядочится.

Гостиная, о которой идет речь, – просторное помещение с высокими потолками, расположенное на втором этаже в зрительской части (в настоящее время его занимает дирекция Областной филармонии). Перебравшись сюда, Новгородская организация ВТО получила, наконец, возможность устроиться с подобающим ей комфортом. Вдоль стены протянулись высокие шкафы с изрядно разросшейся библиотекой, «офисная часть» разместилась возле другой стены (напротив массивной двери), всё среднее пространство оставалось свободным. В этом пространстве помещалось теперь на только правление, и даже не только все члены ВТО, но и полностью труппа с руководством, администрацией и приглашенными. Обилие места позволяло, помимо заседаний, проводить здесь и другие полезные мероприятия: репетиции, просмотры, всякого рода тренинги, — что угодно, вплоть до официальных чаепитий. Окрыленное перспективами правление даже учредило в своей структуре новое ведомство – совет по гостиной ВТО, и решило «открытие гостиной назначить на 16 марта, к этому времени помещение будет в нормальном виде для приема гостей. Пригласим представителей творческих союзов: архитекторов, художников, писателей, из музея, газеты и т.д.» (из протокола №2 заседания правления НО ВТО от 17 февраля 1981 года).

В этом удобном помещении ВТО блаженствовало без малого семь лет. Осенью 1987 года, оставив свое кремлевское здание Областной филармонии, театр переехал в новое здание на Дмитриевской, а с ним и Новгородское отделение ВТО (к тому времени уже СТД).

 

Расстались мы, но твой портрет…   

 

Новгородская организация ВТО, едва образовавшись, сразу активнейшим образом включилась в жизнь единственного своего театра. Причем не столько в социально-бытовом аспекте, как можно было ожидать, сколько в творческом. Позиция тогдашнего правления предельно ясно выражена в постановлении отчетно-выборной конференции 1950 года: «Считать главной задачей отделения ВТО оказание идейно-творческой помощи театру в осуществлении стоящих перед ним репертуарных задач, в овладении методом социалистического реализма, в достижении высокого идейно-художественного уровня спектаклей». И этого своего кредо отделение держалось твердо, не позволяя расслабиться ни себе, ни театру. До такой степени, что даже и сами члены правления возроптали. Как справедливо заметил один из ораторов на январском заседании 1949 года, неплохо бы все-таки «разграничить работу и деятельность между ВТО, МК и театром», а не брать правлению всё на себя.

Правление смело вмешивалось в репертуарную политику, боролось за качество спектаклей и спуску никому не давало. «Отметить неявку представителей дирекции на расширенное заседание, несмотря на письменное и устное приглашение, как неуважение к общественным организациям, помогающим в работе театра», – заявлено в протоколе заседания от 14 июня 1950 года. В том же июне неделей позже, на следующем заседании (экстренном), не без сарказма замечено: «Несмотря на плохую помощь театра в организации конференции, ее все-таки удалось провести». Доставалось регулярно и режиссуре, а в отдельных случаях даже местным властям.

Однако справедливости ради следует признать, что и к себе наше ВТО относилось не менее принципиально и требовательно. Может быть, даже более требовательно, чем следовало.

- Театр разваливался, а сейчас в выступлениях говорят о прекрасной работе отделения ВТО! – негодует тов. Коновалов на отчетно-перевыборном собрании 1971 года, признавая тем самым ответственность ВТО за развал театра.

«Отделение ВТО не проявляет должной активности в деле формирования репертуара театра», – кается правление в отчете 1956 года, принимая таким образом на себя грехи литчасти и художественного руководства.

Там же: «Отделение ВТО не проявило решительной борьбы за высокий идейно-художественный уровень спектаклей».

И еще: «К основному недостатку работы Отделения следует отнести то, что Правление Отделения не сумело организовать регулярных занятий по изучению наследия К.С. Станиславского».

И, кстати, о Станиславском.

Сегодня принято попрекать советское время тотальной идеологизацией всего и вся, в том числе театра (а значит, и ВТО). Что греха таить: было, — но не столь тупо и однобоко, как это теперь изображают. Да, в новгородском ВТО и печально известное постановление ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» обсуждали, и Стокгольмское воззвание сторонников мира подписывали, и материалы XV сессии Генеральной ассамблеи ООН прорабатывали. Изучали биографию товарища Сталина, краткий курс истории ВКП(б), ответ на заявление компартии Китая, материалы съездов и прочее в том же духе. Но всего этого было относительно не так уж много, — не больше, чем нынче повсюду разговоров об инвестициях, демократии и проблемах малого бизнеса. Во всяком случае, в документах нашего ВТО фамилии Сталина и Хрущева фигурируют крайне редко, а Брежнев, кажется, вообще ни разу не встречается. Зато уж если бы пришлось рассуждать о культе личности исключительно на основании этих документов, то личностью, возведенной в культ, оказался бы вовсе не Сталин, а незабвенный Константин Сергеевич.

Имя Станиславского повсюду: в протоколах, отчетах, постановлениях, — им только что не благословляют и не клянутся. Им начинают – им же и завершают:

М.М. Фомичева – Заканчивая свое выступление, мне хочется призвать своих товарищей по искусству к более тщательному, кропотливому и более глубокому изучению наследия К.С. Станиславского и претворению этого наследия в нашу жизнь на сцене.

Проводятся лекции и семинары по изучению Системы – «История системы и сценические штампы», «Элементы системы и взаимодействие их», «Сверхзадача и сквозное действие», «Перевоплощение», «Темпоритм в спектаклях» и т.д. Но одной только теорией дело не ограничивается:

Начать с декабря месяца с.г. практические занятия по системе К.С. Станиславского над советской пьесой «Семья», включенной в репертуар театра к 1 мая 1951 г.

Для правильного толкования Системы периодически приглашаются мэтры из Москвы, а собственному художественному руководству вменяется в обязанность планомерное ее внедрение:

А. Покорский – За полтора года работы в театре тов. Кручинин не проявил интереса и желания приступить к систематическому и глубокому изучению творческого наследия К.С. Станиславского…

Своего апофеоза преклонение перед кумиром достигает в канун его 100-летнего юбилея. Еще осенью 1962-го при отделении создается юбилейная комиссия, разработавшая план торжественных мероприятий:

1. Провести совместно с Управлением культуры и Домом народного творчества вечер, посвященный памяти К.С. Станиславского в январе месяце 1963 года:

а) доклад о жизни и деятельности К.С. Станиславского;

б) концерт силами актеров театра и филармонии;

в) фильм «Мастера сцены МХАТ и Станиславский на репетиции»…

2. Провести в Университете культуры, лектории и клубах города в декабре месяце доклады на тему: «Принцип системы Станиславского».

3. В конце декабря оформить фотовыставку, посвященную учению К.С. Станиславского.

4. Просить Центральное отделение ВТО прислать в начале декабря лектора-критика, ученика К.С. Станиславского, для лекции и воспоминаний о Станиславском, и разобрать в свете учения Станиславского один или два наших спектакля.

5. Просить Центральное отделение ВТО выслать значки, выпущенные в ознаменование столетия со дня рождения К.С. Станиславского, для всех актеров нашего театра.

6. Провести совместно с ДНТ на местах семинары руководителей и участников театральной самодеятельности, посвященные наследию К.С. Станиславского.

И план этот (по крайней мере главная его часть) был реализован, — обозначенный первым пунктом вечер состоялся 14 января 1963 года.

Особенно часто имя Станиславского встречается в первые полтора десятилетия работы новгородского ВТО. Однако со временем изучение системы из документов вытесняется творческой и профессиональной учебой, а с 1970-х имя великого преобразователя русского театра уже совершенно не упоминается. Но и по сей день в нашем отделении СТД на почетном месте висит большой портрет Константина Сергеевича – напоминанием о высоких задачах театра и НО ВТО (СТД). Существовала даже местная традиция: перед началом каждого капустника исполнители (без какого-либо глумления, с должным пиететом) прилюдно кланялись этому «образу», — как бы испрашивая благословения, а также прощения за то, что «докатились до жизни такой».

 

Сейте разумное, доброе, вечное

 

В те давние времена, когда литчасть занималась прямым своим делом, а о пресс-службах еще слыхом не слыхивали, львиную долю забот о популяризации своего театра взвалило на себя правление ВТО. Основными формами работы со зрителем были тогда зрительские конференции (на которых публика сразу после спектакля высказывала актерам всё, что о них думает) и творческие встречи. Встречи проводились в огромном количестве, с самой разной публикой и в самых разных местах: со стахановцами и с избирателями в нарсудьи, с военнослужащими, пионерами, педагогами и студентами, с водниками, железнодорожниками трех железных дорог, с читателями, писателями, и т.д., и т.п.

И, конечно же, встречи на предприятиях. В отчете за 1-й квартал 1951 года приведена программа таких встреч:

1. Вступительное слово руководителя предприятия, на котором происходит творческая встреча.

2. Доклад главного режиссера театра о творческом пути театра.

3. Выступление представителя ВТО.

4. Выступления представителей партийных, комсомольских и профсоюзных организаций театра и предприятия.

5. Показ отрывков из спектаклей текущего репертуара.

Схема эта просуществовала практически без изменений до самой Перестройки. С той лишь оговоркой, что первые четыре пункта, будучи формальностью для отчетов, на самом деле формально и выполнялись: смыслом и главным содержанием таких встреч всегда был именно последний пункт – отрывки из идущих спектаклей.

Практиковались и другие встречи – в форме диалогов с аудиторией, в ходе которых ведущие артисты рассказывали о театре и о себе. К примеру, еще в 1983 году пионеры новгородского театра, «старейшие члены ВТО з.а. РСФСР Мирзоева А.А. и з.а. РСФСР Скрябин Л.В., несмотря на пенсионный возраст, проводят встречи на предприятиях, школах города». Иногда такие встречи носили тематический характер. Так, сыгравший в «Кремлевских курантах» Ленина актер О.А. Васильев более 15 лет проводил беседы на тему «Образ В.И. Ленина на сцене театра и творчество Н. Погодина».

Много внимания правление уделяло пропаганде театра посредством радио («Театр у микрофона») и прессы, а впоследствии и телевидения. При ВТО создана была секция театральной критики под руководством профессора Владимира Васильевича Тюрина, целью которой являлось создание и обучение корпуса местных рецензентов. Изъявивших желание писать о театре журналистов привечали как могли, просвещали, направляли на творческие семинары. И ведь сработало: о театре тогда, в середине 70-х, стали писать чаще и грамотнее.

Новгородский театр драмы, по статусу областной, работой на территории области занимался с первых же своих дней, — в чем ему неизменно помогало отделение ВТО (также областное). При правлении был даже создан совет по селу, председателем коего долгое время являлся один из старейших актеров театра Николай Дмитриевич Разгуляев. По своему составу совет был весьма представительным, — в него входили директор театра, главный режиссер и главный художник. К компетенции совета, помимо творческих вопросов с учетом сельской специфики, относилась и работа со зрителем. В качестве примера – из плана работы на IV квартал 1971 года: «В октябре месяце продолжаются гастроли театра по области тремя группами… Ответственным членам правления проводить в группах беседы со зрителем на тему «Новгородский театр в преддверии своего 50-летия». По 5 бесед в группе. Отв. Разгуляев, Усачева, Гордеев».

Однако основной заботой организации ВТО за пределами Новгорода оставалось шефство над народными театрами и сельской самодеятельностью. Правление совместно с театром обеспечивало свои подопечные коллективы всем необходимым: пьесами, костюмами, париками и гримом, консультациями по всем вопросам, в случае надобности режиссурой, а бывало, что даже и актерами, — о чем свидетельствует план на 1-й квартал 1962 года: «Организовать выступление актрисы Коликовой Л.М. в спектакле Народного театра «Барабанщица». Правда, в отчете за тот же квартал сказано: «Из-за большой занятости в репертуаре не было организовано выступление арт. Коликовой Л.М. в спектакле Народного театра «Барабанщица», — но одно только намерение уже о многом говорит.

По спискам нашей подшефной самодеятельности можно географию Новгородской области изучать. За каждым коллективом закреплялся консультант из членов ВТО, и всем этим консультантам приходилось ездить по районам, невзирая на должности и регалии. Обычным делом были такие эпизоды, как «выезд главного режиссера А.Н. Кармилова в Батецкую, Шимск и Уторгош для оказания помощи драмколлективам этих районов в работе над спектаклями» (отчет за 1-е полугодие 1955 года). Не все консультанты, возможно, работали с одинаковым рвением, но некоторым коллективам с наставниками очень повезло. Как заметил один из выступающих на собрании членов ВТО 25 октября 1963 года:

- Если бы все работали так, как тов. Пестов, то мы подняли бы уровень Народных театров. Большая заслуга тов. Пестова в создании Медведского народного театра…

Для актера Николая Ивановича Пестова работа с самодеятельным театром села Медведь Шимского района стала не просто нагрузкой по линии ВТО, а, можно сказать, вторым делом жизни. Именно в период его заботливого наставничества медведский коллектив удостоился звания «народного». «За постоянную (пятнадцатилетнюю) помощь в работе Медведского народного театра премировать члена ВТО Пестова Н.И. в сумме 20 р.», – сказано в протоколе от 23 декабря 1973 года. Если же учесть, что и в 1983 году Николай Иванович, согласно документам, всё еще курировал своих подопечных, — выходит, Медведскому народному театру он отдал ровно четверть века!

Надо ли говорить, что и в самом Новгороде работа с самодеятельностью велась не менее интенсивно, чем по области?

1950 год: «Помощь самодеятельности школы №6 по спектаклю «20 лет спустя». А также самодеятельностям в/ч Кречевиц, Колмова, Новоселиц…»

1960-й: «Выделить из числа членов ВТО 5-6 актеров для руководства кружками самодеятельности в городе Новгороде…»

Тогда же: «Организовать при театре консультативный пункт по вопросам самодеятельности. Установить консультативный день по пятницам с 3 до 4 часов дня. Опубликовать в городской газете день и часы консультаций».

Видимо, в работе упомянутого консультативного пункта все же случались перерывы, поскольку в 1975 году возникает та же тема: «Необходимо установить день 25 числа каждого месяца для работы консультативного пункта в помощь самодеятельным коллективам. Связаться с районными управлениями культуры, дать объявления в газетах и наладить работу пункта». Но и в 1982 году все еще «продолжает действовать консультативный пункт по оказанию помощи народным театрам художественной самодеятельности (последний вторник каждого месяца)».

Охват непрофессиональных коллективов новгородским ВТО грандиозен, — от школьных кружков до самодеятельности УВД. Члены организации ставят спектакли и преподают сценические дисциплины, заседают в жюри смотров, обсуждают «состояние народных театров (совместно с Домом народного творчества)». Зав. парикмахерским цехом Александра Ивановна Строганова взывает:

- Ко мне часто обращаются за помощью из художественной самодеятельности. Правлению ВТО надо иметь парики, гримы для самодеятельных артистов…

И все же главной задачей отделения по-прежнему оставалось оказание творческой помощи своему театру.

 

Блаженны миротворцы

 

Помощь родному театру – какую только театр ни пожелает – правление оказывало на всех стадиях постановки спектакля, начиная с драматургии. Так, в 1952 году по инициативе ВТО состоялась «встреча коллектива работников Новгородского театра драмы с автором пьесы «Сильные духом» Героем Советского Союза подполковником Д.Н. Медведевым» в период подготовки спектакля по этой пьесе. Чуть позже, в 1954-м, «в связи с работой над инсценировкой романа А.И. Герцена «Кто виноват?» по просьбе отделения Президиумом ВТО был направлен в театр автор инсценировки З.Д. Жизневская». В середине 80-х частым гостем театра и ВТО бывал Михаил Ворфоломеев, автор поставленных у нас пьес «Александр Невский» и «Дожди».

Весьма активно работало отделение и с местными драматургами, что зафиксировала даже пресса:

«В Новгородском отделении Всероссийского театрального общества состоялось обсуждение пьесы молодых новгородских авторов П. Высоцкого и И. Зайцева «Рождение гвардии». Пьеса посвящена легендарной панфиловской дивизии…» («Новгородская правда» от 7 апреля 1950 года).

«На днях новгородское отделение Всероссийского театрального общества совместно с дирекцией областного драматического театра обсудило новую пьесу молодого драматурга П. Высоцкого «Александр Невский»… Для дальнейшей доработки произведения автору были даны соответствующие советы» («Новгородская правда» от 18 января 1953 года).

Архивные документы сохранили нам по меньшей мере пять имен местных драматургов первых двух послевоенных десятилетий. Некоторые их пьесы были поставлены на новгородской сцене.

Каждый спектакль по мере надобности ВТО обеспечивало литературными, иконографическими, критическими и какими угодно материалами, устраивало полезные делу командировки и встречи:

В помощь подготовки спектакля «Блудный сын» Ранета налажена связь с Эстонским театральным отделением, которое прислало исчерпывающие материалы по пьесе и по спектаклю Таллиннского Государственного академического театра драмы им. В. Кингисеппа (отчет за ноябрь-декабрь 1958 года).

В подготовке спектакля к XXI съезду КПСС «Дали неоглядные» Вирты организована поездка режиссера спектакля тов. Ефимова В.С. и артиста спектакля, исполняющего главную роль тов. Непокойчицкого Н.И. в колхоз для ознакомления с жизнью колхозников (там же).

Бывали и более веселые мероприятия в том же роде, — как, например, в 1952-м «консультация на ликеро-водочном заводе Новгорода по спектаклю «Юбилей» – арт. А.И. Верный».

Консультации проводились по эпохам, странам, профессиям, особенностям стиля и быта. Когда требовалось, приглашали педагогов по вокалу, танцу, движению. И не просто кого попало, — в ряду наших консультантов такие имена, как известный историк и археолог Сергей Николаевич Орлов, создатель школы сценического фехтования Иван Эдмундович Кох, балетмейстер Кирилл Александрович Ласкари.

К слову сказать, с географией новгородским актерам повезло: благодаря выгодному расположению города между двумя столицами им чаще иных выпадала возможность общения с живыми легендами отечественного искусства. С такими, как Алексей Денисович Дикий, Надежда Андреевна Обухова, Юрий Александрович Завадский, Леонид Сергеевич Вивьен, композитор Тихон Николаевич Хренников, поэт Всеволод Александрович Рождественский, — и это далеко не полный список гостей нашего ВТО. А бывало, что приезжали к нам высокие гости не только ради общения, но с более определенными и благородными целями.

В мирном провинциальном характере советского Новгорода о бурном его прошлом уже ничто не напоминало. Областной театр драмы оставался, пожалуй, единственным в городе местом, над которым витал еще мятежный вечевой дух. Время от времени этот дух просыпался, и тогда труппу начинали раздирать конфликты, по накалу страстей сопоставимые с междоусобицами периода новгородской вольности. Такие критические моменты случались на рубеже 1960-70-х, и особенно в середине 1980-х. И вот в 80-х –  когда окончательно «встал брат на брата» и стало ясно, что «дом, разделившийся в себе, не устоит», – конфликтная комиссия при центральном ВТО отправляет в Новгород миротворческий десант во главе с Михаилом Александровичем Ульяновым и Олегом Николаевичем Ефремовым. Правда, и таким мэтрам не удалось сходу утихомирить развоевавшуюся труппу, но их миссию последовательно продолжили Андрей Толубеев, Александр  Гельман, а за ними и другие, менее именитые миротворцы от ВТО (СТД). Так или иначе, в новгородском театре ВТО сумело послужить не одному только высокому искусству, но также делу мира и согласия.

 

Учение – путь к умению 

 

Правление, помимо регулярной помощи в текущей работе, считало своим долгом заботиться и о поддержании должного профессионального уровня работников театра, всех – от цехов до режиссуры. Страницы отчетов пестрят сообщениями о таких мероприятиях, как «участие в межобластном семинаре художников с/з куста (гл. худ. театра Никитин Б.М.)», или о том, что «в работе творческих семинаров северо-западной зоны приняли участие зав. парикмахерским цехом А.И. Строганова, рецензенты А.И. Иванов, В.В. Тюрин, А.П. Донченко». Бывало, ездили обучаться и значительно дальше северо-западной зоны: «Президиум Всероссийского театрального общества включил в состав специализированной туристской группы ВТО, направляющейся в Бельгию, Голландию и Люксембург для ознакомления с театральной жизнью этих стран, тов. Новикову Ларису Петровну – художника Новгородского драмтеатра».

Впрочем, значительная часть обучения проходила не в турпоездках и не на семинарах, а у себя в театре, без отрыва от работы:

…Правление ВТО пригласило художника по свету т. Школьника, который оказал практическую помощь по светооборудованию театра, провел практическую помощь по освещению спектаклей «Мария Тюдор» и «Сослуживцы».

Т. Школьник сделал три доклада на темы:

- Свет в современном спектакле,

- Художественный образ спектакля,

- Светоаппаратура.

Разумеется, и режиссура не была обижена: сначала «режиссеры театра М. Богатырева, В. Зимин занимаются в творческих лабораториях у Плучека и Завадского», затем тот же «режиссер Зимин проходил стажировку в театре им. Маяковского», и т.д. Хотя не всегда всё гладко выходило, бывали и такие случаи:

Не использована поездка главного режиссера театра Короткевича В.А. в лабораторию под руководством нар. арт. СССР О.Н. Ефремова. Правление считает, что занятие Короткевича В.А. в лаборатории малоэффективно, уровень организации репетиций очень низок.

К профессиональной учебе следует отнести многочисленные лекции по эстетике – и не только по марксистско-ленинской. На этих лекциях говорили об эстетической теории экзистенциализма, театре абсурда, фрейдистской концепции художественного творчества, теории личности и тому подобных материях – в те времена, как теперь уверяют, немыслимых.

Ну и, конечно же, периодические наезды театроведов и критиков, которых ВТО приглашало и по одному, и целыми бригадами. Критики отслеживали наш репертуар довольно регулярно, по крайней мере до Перестройки.

Но основное внимание справедливо уделялось профессиональному обучению труппы. Правление неоднократно пыталось организовать постоянные занятия и тренинги, поддерживающие актеров в надлежащей форме. В определенные периоды это удавалось. Первая попытка зафиксирована в 1950 году: «Организовать производственную учебу 1 раз в неделю по пению и танцу с оплатой приглашенного преподавателя из расчета 25 рублей за 1 час». Затем в протоколах стали попадаться такие записи: «Провести 2 занятия по мастерству актера (проводит главный режиссер театра заслуженный деятель искусств РСФСР Ефимов В.С.)», и т.д. А в начале 1960-х «учебные планы» выглядели примерно так:

Сценическое движение (проводит Кох).

Сценическая речь (лектор из Москвы 4 раза в год).

Приглашение критиков (из Москвы 2 раза и два раза из Ленинграда).

По системе Станиславского (из Москвы 2 раза).

За IV квартал 1970 года, согласно отчетам, было «проведено 20 занятий по танцу», за 2-е полугодие 1976-го «проведены индивидуальные и общие занятия со всеми актерами по сценической речи консультантом А.А. Елистратовой, всего в количестве 45 часов», и далее в том же духе.

Имели место попытки (по меньшей мере две) упорядочить такие занятия, проводя их на материале специально выбранной для этого пьесы. Первая относится к началу 1970 года: «Проведены 4 занятия над учебным спектаклем «Два товарища» Войновича, уч. Осипов В.В., Запрудский А.М., Бурак Ф.И.» Вторую предприняли в 1982 году, когда выписанная из Москвы команда педагогов, обследовав профессиональное состояние труппы, предложила в качестве учебного материала пьесу «Призраки» Эдуардо де Филиппо. Провели несколько занятий по речи и общих бесед, даже роли распределили, но до репетиций дело так и не дошло. Из плана работы отделения на 1983 год:

Продолжить работу комплексного 2-х годичного семинара для молодых актеров на базе репетиций спектакля «Призраки» по пьесе Э. Филиппо. Проводить занятия:

а). по мастерству актера, педагог Секирин И.Л.,

б). сценречи, педагог Ушаков А.И.,

в). сцендвижению, педагог Кумалагов Б.А. – Москва,

г). вокалу, педагог Зефирова Т. – г. Новгород.

Затея просуществовала в виде планов некоторое время, но серьезного продолжения не имела.

Любопытная статистика этого направления работы ВТО приведена в справке о деятельности правления с марта 1968 по апрель 1971 года:

2. Доклады по творческим вопросам – 28.

3. Семинары и конференции по повышению квалификации – 22.

5. Просмотрены и обсуждены спектакли критиками из Москвы и Ленинграда – 14.

6. Занятия по мастерству актера, речи, сцендвижению, танцу, фехтованию – 150 час.

7. Просмотрены и обсуждены спектакли в г. Ленинграде – 21.

8. Смотр молодежи – 1.

Но упомянутый здесь смотр молодежи относится уже к другому, особо выделенному сектору работы правления.

 

Племя – младое, но знакомое 

 

«Учитывая малое количество молодежи в театре, при отделении нет молодежной секции и нецелесообразно проводить молодежные смотры», – заявлено в плане работы на 1955 год.

- У нас нет молодежных праздничных вечеров-капустников, кроме «Огонька», – сетует тов. Гаврилова Ю.К. на общем собрании членов ВТО 25 октября 1963 года.

Судя по этим и тому подобным высказываниям, равномерно разбросанным по протоколам, можно подумать, что молодежи в новгородском театре никогда и не было. Это выглядит тем более странным на фоне активной «работы с молодежью», которая – согласно тем же протоколам – велась всегда. Возможно, в 1955 году и не было молодежной секции, — список того правления не сохранился. Но если взять первые девять списков из сохранившихся (с 1953 по 1985 год), десятым к ним добавить нынешний и сравнить, то «работа с молодежью» окажется единственным направлением, присутствующим во всех десяти списках. А такого нельзя сказать даже про извечный, казалось бы, соцбытсектор.

Первый смотр молодежи проведен был еще в организационном 1947-м. Насколько регулярно они потом проводились – трудно судить, но второе упоминание относится к 1969 году, в связи с распределением «премий дипломантам молодежного смотра Бочаровой И.В., Крюковой В.А.» Следующее – уже к 1974-му:

Проведен смотр творческой молодежи театра. Во время смотра в местных газетах печатались очерки о молодых актерах, была выпущена специальная афиша, были организованы творческие встречи молодых актеров с молодежью города.

Спустя два года – снова смотр:

С 15 по 21 апреля проведен смотр-конкурс творческой молодежи театра, в котором участвовало 15 человек… Первое место заняла художник О. Гриценко за эскизы костюмов к спектаклю «Женитьба» и самостоятельные работы. Второе место заняла актриса Л. Жинкина (роль Маши в спектакле «Прощание в июне»). Третье место присудили актеру Ю. Цурило.

Традиция эта дожила почти до 80-х. Но смотры были далеко не единственной формой работы с молодежью. Помимо профучебы и упомянутых выше учебных спектаклей (затевавшихся главным образом ради творческого роста молодых актеров), ставились еще спектакли внеплановые, о чем свидетельствует запись в протоколе №10 за 1974 год:

Постановили: Отмечая активную творческую деятельность молодых актеров, выпустивших внеплановый спектакль «В наше время», премировать актеров: засл.арт. РСФСР Л.М. Коликову, Н. Бережного, С. Клименко, С. Дмитриева, В. Комиссарова, И. Сучкова, Л. Добрынского, В. Михайлова, В. Райхеля, В. Шевченко, Т. Прокопенкову денежной премией в размере 5 (пяти) руб. каждого.

А уже год спустя снова «молодежь театра работает внепланово над водевилем «Шутка».

Впрочем, не всякая молодежная инициатива и поощрялась:

Тов. Коликова Л.М. – В прошлом году молодежь предлагала своими силами поставить спектакль, актеры загорелись, но прошло время, и вдруг это запретили. Я спросила Савинскую, почему отказались, она сказала: я не знаю, почему-то не разрешили (протокол собрания членов ВТО, 1963 год). Но грех в этом случае скорее лежит на театральном руководстве или инстанциях повыше, а не на правлении ВТО.

Пробиться с самостоятельной работой в репертуар было весьма непросто, — тут, кроме энтузиазма и таланта, требовались и другие качества. Но порой все же удавалось, -  например, Олегу Михайлову, актеру нашего театра, это удалось дважды. Обе работы были в полном смысле слова самостоятельные – на своем материале, с собственной режиссурой, в свое свободное время и без каких-либо гарантий со стороны театра (правда, при полной поддержке ВТО). Первой был выпущенный в 1980 году спектакль «Глазами клоуна» по роману Бёлля, в котором Олег Михайлович выступал автором инсценировки, композитором, режиссером и исполнителем главной роли. Спектакль был принят худсоветом, игрался на зрителя, хотя просуществовал недолго.

Второй его работой стала рок-опера «Спящая красавица», где тоже всё было сочинено им и участниками постановочной группы – музыка, либретто, спецэффекты. Непривычный жанр требовал особых умений и навыков, и, когда понадобилась профессиональная помощь, ВТО с готовностью ее предоставило:

Постоянно оказывается помощь председателю секции по работе с молодежью О. Михайлову в подготовке спектакля «Спящая красавица». Занятия по вокалу 50 часов (отчет за 2-е полугодие 1982 года).

Педагоги приглашались не только по вокалу, но и по пластике, танцу, фехтованию. Спектакль вышел в 1983 году и продержался в репертуаре не менее двух сезонов.

Нельзя не вспомнить еще об одной актерской инициативе, которая никак не отразилась, да и не могла отразиться в документах ВТО. Осенью 1982 года в Розовом фойе театра (нынешнем Малом зале филармонии) состоялось некое действо без названия, на программках коего было просто написано: «Владимир Высоцкий». По жанру это сочетание слайдов, фонограммы и живых актеров (в котором основная нагрузка легла все же на фонограмму) актер Сергей Федорович Гордеев определил как «вечер памяти». Он же был инициатором, автором сценария, постановщиком и организатором этого вечера. Подготовка велась при подчеркнутом неведении руководства и при активной поддержке ВТО (впрочем, тоже анонимной). Публика допускалась исключительно по пригласительным билетам, вечер – несмотря на его закрытость – имел в городе значительный резонанс. Особых репрессивных мер не последовало, но второй раз показать эту композицию уже не получилось.

 

И всюду меркантильный дух

 

Перестройка со всеми ее финансовыми обвалами, реорганизация ВТО в СТД, переезд в новое здание – все эти процессы, почти совпав по времени, образовали единый рубеж, разделивший историю нашей организации на «до» и «после».

Многое изменилось до неузнаваемости, в частности – лицо правления. Вот, к примеру, список «портфелей» членов правления 1953 года, — самый ранний из имеющихся:

- Повышение идейно-художественного уровня членов ВТО.

- Оказание творческой помощи театру.

- Пропаганда театра и связи со зрителем.

- Работа с молодежью.

- Работа с художественно-постановочными цехами и соцбытовая. 

А вот перечень сфер ответственности членов нынешнего правления:

- Связи с общественностью.

- Соцбытсектор, работа с ветеранами.

- Правовая защита членов СТД.

- Интернет-обеспечение.

- Работа с молодежью.

Почти ничего общего, за исключением работы с молодежью и соцбытсектора. Иные прежние направления на ладан дышат, многое ушло совершенно. Не оказывается творческая помощь театру (за невостребованностью), остались в прошлом регулярная работа с самодеятельностью и «комитет по селу». Прекратилась так называемая профучеба – в виду того, что проживание приглашенных лекторов и педагогов Москва теперь не оплачивает, а собственных средств на это не предусмотрено. По той же причине перестали ездить критики. С приходом рыночных времен некогда мощная организация, способная влиять на происходящие в театре процессы, утратила почти все свои рычаги влияния. Именно с этого времени становится возможным говорить о новгородской организации СТД как о самостоятельной, отдельной от новгородского театра драмы структуре. Может быть, это и правильно. Тем более что с 1996 года почти на треть своих членов наше отделение состоит из работников другого театра – Новгородского театра для детей и молодежи «Малый».

Но и в безысходные времена правление позволяло себе инициативы смелые и, казалось бы, несбыточные. Так, в самое для того неподходящее время – в 1992 году – оно  затеяло фестиваль, ни больше, ни меньше. Назывался он «Фестиваль камерных работ по произведениям Ф.М. Достоевского», провести его планировалось в Старой Руссе, в Доме-музее писателя. После многочисленных согласований встал неизбежный вопрос о финансировании, — и тогда бессменный ответственный секретарь новгородского отделения Татьяна Павловна Будзинская отправилась по спонсорам с протянутой рукой. И ведь насобирала, — фестиваль состоялся в канун дня рождения Федора Михайловича, как и предполагалось! В программе было пять названий от пяти городов Северо-Запада (к коему причислили и Ярославль), — изначально фестиваль задумывался как зональный.

Но, дабы благое начинание не угасло, требовалось продолжение: три года правление копило силы и средства на Второй фестиваль. Он, как и Первый, был приурочен к дню рождения классика (с тех пор это стало традицией) и прошел в 1995 году в Старой Руссе, но уже не только: спектакль питерского ТЮЗа, который не умещался на камерной площадке Дома-музея, показали на сцене новгородского театра. Расширилась и география фестиваля за счет Смоленска и Воронежа, — теперь он уверенно перешагнул границы северо-западной зоны и обрел право называться всероссийским.

Третий фестиваль состоялся в следующем, 1996 году. Это был уже достаточно зрелый театральный форум с обширною программой, представительным жюри и значительным количеством участников. В их числе оказался и театр «Романтей Кикаку» из Японии, сразу же поднявший статус фестиваля до уровня международного. С деньгами в тот раз очень помог Комитет культуры. Правда, этот же Комитет и прибрал потом фестиваль под себя, исключив постепенно НО СТД из учредителей, организаторов и даже из состава жюри. Впрочем, не это главное: фестиваль теперь проводится ежегодно, крепнет и развивается, а значит, родившаяся в новгородском отделении СТД идея оказалась плодотворною и жизнеспособной.

И, кстати, еще об одной перспективной идее, возникшей некогда в недрах правления. Не многие теперь, наверное, помнят, что инициатором регулярно проводящегося в театре конкурса «на лучшую роль сезона» также было правление СТД (тогда еще ВТО). Вот выписка из протокола №1 заседания правления НО ВТО от 27 января 1977 года:

Усачева Т.А. – Планирует нам г. Москва еще одну творческую командировку в мае. Надо объявить конкурс «На лучшую роль сезона» и по итогам конкурса послать лучшего актера в творческую командировку.

Постановили: Разработать условия конкурса «На лучшую роль сезона».

Разработанные тогда условия, конечно же, впоследствии неоднократно варьировались и корректировались, но сам конкурс берет свое начало именно там, на заседании правления ВТО 35-летней давности.

 

Мы движемся к началу своему…

 

В 1987 году новгородское отделение СТД вместе с театром перебралось из Кремля в новое здание, где и обитает уже четверть века. Комната, выделенная СТД, выглядела поначалу устрашающе: помещение подвального вида площадью 116 кв.м. с выведенными наружу трубами, проводами и прочими коммуникациями, — в свое время там размещался штаб стройки, а в дальнейшем предполагался склад декораций и реквизита. Понадобилось два капитальных ремонта, чтобы преобразовать угрюмый застенок в то светлое и уютное пространство, в каком только и может существовать творческая организация.

Помещение весьма толково разделено на три сектора – библиотеку, гостиную и «офисную» часть.

Библиотека, расположенная в углу, наглухо отгорожена от остального пространства двумя стенами. Это та самая организованная  «к 30-й годовщине Советского государства» библиотека, только выросшая за прошедшие годы почти в 20 раз, — сегодня ее фонд составляет более 4000 томов. Здесь же хранится архив СТД.

В «офисной» части сосредоточена вся оргтехника, два рабочих стола и круглый столик, — для кофе в перерыве. Здесь проходят заседания правления, оформляются всякого рода документы, проводятся переговоры и т.д. Проще говоря – творится политика местного отделения Союза.

Гостиная – широкое прямоугольное пространство, по площади равное библиотеке и канцелярии, вместе взятым. Оно либо обставляется рядами стульев, либо столами, иногда так и остается свободным, — в зависимости от характера проводимого мероприятия. Здесь проходят общие собрания членов СТД, всевозможные беседы и встречи, празднуются юбилеи, открытия и закрытия сезонов, присвоения званий, День театра и – традиционно – День Победы. Здесь же происходят братания с дружественными театрами России и стран обоих Зарубежий.

Заканчивается гостиная подиумом, преображенным с помощью занавеса в маленькую сцену. Правда, сцена эта напрочь лишена закулисной части, поэтому служит в основном складом для стульев, спрятанных благообразия ради за занавесом. Но даже и такая сцена используется иногда по прямому назначению.

Новгородский театр давно мечтал о малой сцене. Первое упоминание о ней, согласно документам (а документы сохранились далеко не все), относится к 1975 году: «Кошелев выразил мнение, что крайне необходимо создать на базе театра малую сцену (одобрено)». Спустя еще пять лет: «Лапиков А.В. – Может ли как-то ВТО помочь в быстрейшем открытии малой сцены? Оформление на себя взять, приобретение аппаратуры?» В 1982 году имела место попытка приспособить под малую сцену нижнее фойе с колоннами в старом театре, — там даже один спектакль поставили, но продолжения эта затея не имела. Правда, появились не так давно в репертуаре театра долгожданные «спектакли на малой сцене», — однако тут есть некое лукавство, поскольку наша малая сцена – это та же большая, на которую просто вынесены зрительские места. Строго говоря, как не было в Новгородском театре малой сцены, так и нет. А у СТД хоть не малая, а маленькая, но есть.

Разумеется, маленькая сцена – площадка скорее для внутритеатрального творчества, репертуарные спектакли на ней невозможны. Хотя и спектакль тут игрался, — моноспектакль Геннадия Алексеева по очерку Чапека «Как это делается». Потом был еще более смелый опыт – спектакль «Парикмахерша» в рамках театральной лаборатории «Неклассика» аж на пятерых исполнителей. Однако обе попытки имели разовый характер, являясь скорее исключением. Единственный жанр, освоивший маленькую сцену в полной мере – это, конечно же, капустник.

Капустник обычно малонаселен, не требует громоздкого оформления, а то и вообще никакого: поместились исполнители – и то уже хорошо. Впрочем, доводилось нашей маленькой сцене и серьезные нагрузки выдерживать. Такие, как на закрытии сезона в 1991 году: семь актеров плюс необходимые по замыслу элементы декорации, и всё это в течение часа (хорошо еще без антракта). Но обычно капустники делаются проще, короче и легче.

Традиция «капустного творчества» в новгородском театре давняя, в том или ином виде она существовала всегда, периодически угасая и возрождаясь. Существует она и сегодня, причем в активной фазе и при ощутимой поддержке СТД, — что тем более естественно при нынешнем председателе правления Анатолии Устинове, активнейшем участнике капустного движения еще с начала 90-х.

С утратой многих доперестроечных функций СТД всё ощутимее возвращается к своему изначальному предназначению, еще при Марии Гавриловне Савиной сформулированному как «пособие нуждающимся сценическим деятелям». Это направление работы, называемое теперь социально-бытовым, велось при Новгородском отделении с момента его создания и мало с тех пор изменилось. Разве что распределение путевок не вызывает теперь былого ажиотажа по причине их запредельной стоимости, а в основном все осталось, как было. По-прежнему «нуждающимся сценическим деятелям» оказывается материальная помощь на всех важных этапах их жизни и во всех затруднительных положениях. Не менее помощи материальной значима и моральная поддержка, выраженная прежде всего в заботливом внимании к старикам. Соцбытсектор устраивает праздники, обеспечивает медосмотры, проводит рождественские елки, организовывает поездки, экскурсии и т.д. В зоне его внимания – вся повседневная жизнь членов организации, вплоть до ее окончания: похоронные хлопоты тоже зачастую ложатся на плечи правления. Не говоря уже о содержании в должном виде актерских могил, коих становится все больше и больше.

Невозможно в кратком очерке припомнить всех добрых начинаний Новгородского отделения СТД (ВТО) за 65 лет, — да не обо всех и свидетельства сохранились. А если б даже сохранились – не всё ведь в документах фиксируется. Безусловно, в значительной мере состояние театра отражается на жизни отделения СТД (равно как на театре отражается состояние общества), — но есть между ними и заметные различия. Театр чаще меняется (и не всегда в лучшую сторону), в то время как организация СТД более устойчива и консервативна. Потому и традиции театра здесь живут дольше, чем в самом этом театре, и, бывает, отсюда в театр же и возвращаются.

Здесь гораздо дольше помнят людей, даже после их ухода из жизни.

Гостиная СТД – наверное, единственная в городе площадка, на которой возможна встреча далеких друг от друга театральных поколений.

И, наконец, это Дом, в котором «театральным деятелям» всегда рады, невзирая на климат в театре и выше.

Алексей Пшанский

(член СТД, актёр, поэт, журналист).

Нравится?

Поделиться:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal